| Потери российской авиации в краткосрочной Пятидневной войне с Грузией в августе 2008 г. явились одной из главных неожиданностей для наблюдателей. Гибель нескольких российских самолётов в столь быстротечном конфликте с противником совершенно другой весовой категории заставило предположить, что ПВО Грузии оказалась чрезвычайно эффективной и стала едва ли не наиболее успешным родом войск в грузинской армии в этой войне. Но при внимательном рассмотрении обстоятельств гибели российских самолётов картина существенно меняется. Официальные данные сторон о потерях российской авиации в краткосрочном военном конфликте России и Грузии значительно расходятся. По заявлениям высокопоставленных лиц Министерства обороны Российской Федерации, были потеряны четыре самолёта: три штурмовика Су-25 и один дальний бомбардировщик Ту-22М3 (выступления заместителя начальника Генштаба генерал-полковника Анатолия Ноговицына). Версию грузинской стороны вечером 12 августа озвучил президент Грузии Михаил Саакашвили. По его словам, за период боевых действий был сбит 21 российский самолёт. Следует отметить, что впоследствии в СМИ Грузии появились видеоматериалы и фотографии с обломками только одного российского самолёта. Представители Министерства обороны России не озвучили каких-либо подробностей и обстоятельств потери самолётов и их принадлежности. Более того, ими так и не были официально признаны потери в боевых действиях двух фронтовых бомбардировщиков Су-24М. Но появившиеся со времени войны материалы СМИ и сведения из неофициальных источников позволяют частично заполнить пробелы официальной информации. Первой потерей российских ВВС в конфликте с Грузией стал штурмовик Су-25БМ из Будённовска. Его сбили из ПЗРК южноосетинские ополченцы. Падение горящего самолёта и его обломки были зафиксированы на видеокамеру съёмочной группой российского государственного телеканала «Вести» и показано по телевидению как сбитие грузинского самолёта Первого и самого крупного успеха системы ПВО Грузии достигли спустя более суток после начала боевых действий, ранним утром 9 августа, когда им удалось сбить в районе села Карбаули Сачхерского района Грузии российский дальний бомбардировщик Ту-22М3 из состава 52-го гвардейского тяжёлого бомбардировочного авиационного полка (аэродром Шайковка). Один из членов экипажа, второй пилот майор Вячеслав Малков, катапультировался и был взят в плен грузинами. При приземлении он получил компрессионный перелом трёх позвонков и перелом руки, был помещён в поселковую больницу, а впоследствии переведён в Тбилисский госпиталь. 19 августа Малков был обменен на грузинских военнопленных. Командир Ту-22М3, подполковник Александр Ковенцов, катапультировался после Малкова и пропал без вести. Остатки его катапультного кресла были найдены, но он сам или его тело не обнаружены до сих пор. Спустя несколько недель после войны на территории Южной Осетии в труднодоступной малонаселённой местности рядом с границей с Грузией поисковой группой были найдены обломки упавшего самолёта и в них тела остальных членов экипажа: майоров Виктора Прядкина (штурман) и Игоря Нестерова (оператор систем вооружения). Утром 9 августа, ПВО Грузии удалось сбить ещё один российский самолет, на этот раз фронтовой бомбардировщик Су-24М из Ахтубинска. Экипаж катапультировался, но обломками самолёта был повреждён купол парашюта штурмана полковника Игоря Ржавитина, в результате чего он погиб при ударе о землю. Командир экипажа полковник Игорь Зинов, получивший обширные ожоги и сильный ушиб позвоночника, был взят в плен, после чего доставлен в Горийский военный госпиталь, а оттуда эвакуирован в госпиталь в Тбилиси и помещён вместе с майором Малковым. 19 августа оба они были обменены на грузинских военнопленных. Почти одновременно с ахтубинским Су-24М, 9 августа были сбит и модернизированный штурмовик Су-25СМ командира 368-го штурмового авиационного полка полковника Сергея Кобылаша. Кем был сбит Су-25СМ полковника Кобылаша, остаётся неясным. В Цхинвали, над которым в него попала ракета, на тот момент не было грузинских войск, но они были сосредоточены неподалёку, в сёлах у окраин города. Летчик катапультировался севернее Цхинвали и успешно приземлился на территории Южной Осетии, после чего был быстро подобран российским вертолётом Ми-8. Четвёртым сбитым стал штурмовик Су-25БМ майора Владимира Едаменко из 368-го штурмового авиационного полка. Самолёт врезался в землю и взорвался, майор Едаменко погиб. Впоследствии начальник войсковой ПВО Вооружённых Сил России генерал-майор Михаил Круш заявил о сбитии российскими средствами ПВО «грузинского Су-25КМ». Вероятнее всего, это и был штурмовик Едаменко, делают вывод журналисты сайта slon.ru. Шестой и последний сбитый самолёт ВВС России был потерян уже под конец активной фазы конфликта, около 11 часов утра 11 августа. Это был фронтовой бомбардировщик Су-24М. По неофициальной информации из авиационных кругов, он входил в состав 968-го исследовательско-инструкторского смешанного авиационного полка 4-го Центра боевого применения и переучивания лётного состава (Липецк). Колонна российских войск, выдвигавшаяся из района Цхинвали в сторону Гори, ошибочно идентифицировав Су-24М как вражеский, произвела по нему несколько пусков ракет ПЗРК, в результате чего самолёт был сбит в нескольких километрах к западу от Цхинвали, над территорией Южной Осетии. Лётчики успешно катапультировались и были эвакуированы, обломки Су-24М упали в труднодоступной гористой местности. Всего, таким образом, за время боевых действий погибли четверо членов экипажей российских самолётов, взяты в плен грузинской стороной два летчика. Числится пропавшим без вести подполковник Александр Ковенцов. Общие боевые потери российской авиации во время Пятидневной войны составили шесть самолётов. Из них два самолёта были достоверно сбиты огнём противника, три самолёта наверняка «дружественным огнём», определить, кто сбил ещё один, представляется затруднительным. Помимо сбитых самолётов еще четыре штурмовика Су-25 получили серьёзные повреждения, хотя и возвратились на российские аэродромы. |